Romentus — Кот

Шахтерский край родной,
Мой город близкий Торец.
Отец четырнадцатого воевал сквозь мрак.
Он мужества пример,
Урок мужской и чести.
Пошел я добровольцем с ним,
Душою вместе.
В расчете артдивизии наводчик спорый
Был лучшим батареи для парней опорой.
Дивизия сто пятьдесят, в ней мощь и слава.
Взметнулся
Гордый флаг над куполом Рейхстага.
Сто второй сплотил навек солдата.
В двадцать третьем
Бахмут взревел от грома ада.
Орудием командовал,
Стоял в дыму и гари.
Назад не отступали под шквалом на ударе.
Били до крайней гильзы,
Пока снаряды были.
Осколком руку мне в накале зацепили.
Кот позывной в эфире
Сквозь грохот канонады.
Мы держим рубежи врагу, не дав пощады.
Глоток воды на всех и банку делим свято.
Своих не предают на линии загадок.
Яга жужжит над нами,
Корнеты и ракеты, но бьет
Прямой наводкой орудие к рассвету.
Контужен был четырежды, но не покинул
Строй.
До самого конца идем с передовой.
Идем с передовой.
Курахово прошли сквозь пепел и завалы.
В Горловке артиллерия
Позиций не сдавала.
Теперь ведут бои дороги на Дружковку,
Где ствол опять горяч,
Сбивая маскировку.
Командир орудия за каждого в ответе.
Для командира парни как родные дети.
Не обижал бойцов.
Делю с ними окопы.
Плелись в единый узел фронтовые тропы.
Кружатся дроны в небе,
Разорван воздух в клочья.
Но держит сталь
Удары в полдень и средь ночи.
А сердце рвется к тем, кто молится и верит.
Два сына ждут отца,
Смотря на створки двери.
Жена хранит надежду,
Смахнет слезу старушка мать,
И ради них расчет наш будет побеждать.
Кот позывной в эфире
Сквозь грохот канонады.
Мы держим рубежи врагу, не дав пощады.
Глоток воды на всех и банку делим свято.
Своих не предают на линии загадок.
Яга жужжит над нами,
Корнеты и ракеты, но бьет
Прямой наводкой орудие к рассвету.
Контужен был четырежды, но не покинул
Строй.
До самого конца идем с передовой.